00:26 

"В конце круга" Глава 2

Girdle of Melian
всегда знала - что так будет, но не знала - что будет так ... / ДЗИСЭЙ НА ГРАБЛЯХ ...
Не было на борту Арк-Ангела мужчины или женщины, кто не вспомнил бы об SDF-1, когда доктор Пенн объявил о своем намерении сделать пробный "прыжок" на Лунную орбиту. Но что мы можем поделать? Разве не логичнее отвести корабль на безопасное расстояние от Земли, а не тащить его на орбиту Марса, как предлагали некоторые из суеверного страха перед повторением печального опыта 1999 года? Все сомнения, конечно, из-за нашей неуверенности в том, что гиперпространственные генераторы справятся с задачей, но я верю, что мы сможем. Что до возможности случайно оказаться возле Плутона или в любой другой точке вселенной, то все, что я могу – лишь молиться, чтобы этого не произошло. Но должен, однако, сказать – я всегда сожалел, что пропустил прыжок, перенесший Клаудию и остальных на замерзший край нашей родной Солнечной системы. Как знать, может, судьба предрекает мне повторить ее путь сейчас.
/Генерал Винсент Грант, бортовой журнал Арк-Ангела/

Встретимся на темной стороне Луны
/Текст песни конца двадцатого века./


Джин Грант нарочно отстала от Винса и сенаторов, чтобы украдкой посмотреть на Скотта и не взбесить его, она и так уже наломала дров. Что же, ее чувства были искренними, пусть даже их выражение оказалось неуклюжим. Она сама прекрасно понимала всю бессмысленность званий и орденов в настоящей ситуации, да и всегда считала, что о войнах лучше забывать, а не увековечивать их ленточками. И всё-таки некоторые условности были важны для поддержания боевого духа, даже все многочисленные формы приветствий и рукопожатий, ревностно соблюдаемые военными. Видит бог, боевой дух сейчас был на исходе.

От неё не ускользнуло, что Скотт слегка прихрамывал, пока Винс провожал его до личных апартаментов в хвостовой части Арк-Ангела. Вблизи, когда он застыл в ее кратких объятиях, она увидела шрамы на его молодом лице и изящных руках. Ему сейчас девятнадцать – или двадцать шесть земных лет (эту систему исчисления времени она охотно выбросила из головы, слишком уж опасно было думать о собственном возрасте). И он становится все больше похож на своего отца. Но из-под широкого лба и гладких черных волос смотрели задумчивые глаза его матери. Оттопыренные уши тоже достались ему в наследство от матери. А вот хромота и сутулость вместо когда-то прямой осанки – это уже дары войны, от которых так просто не откажешься.

Персонал РЭФ и тыловики, которые попадались им в корабельных коридорах, не скрывали любопытных взглядов, пытаясь разгадать личность незнакомца, который был допущен в их среду – покрытого шрамами солдата с древним Баджером на бедре... Исхудавшее привидение в ржаво-красных сапогах и драном розовато-фиолетовом летном костюме, украшенном нашивкой дивизии "Марс".

Уже в апартаментах Винса, когда все расселись с бокалами, Джин не пропустила ни одного слова Скотта. Она вслушивалась в странный акцент, который он приобрел на Земле. Почувствовала горечь в его голосе, когда речь зашла о выступлении Дивизии Марс против инвидов, оккупировавших Землю – о том, как корабли буквально разлетались на куски в космосе, как битва была проиграна еще до того, как в схватку вступили Штурмовики и Боевые Клешни королевы Инвидов, и их яростные огненные стрекала добили поверженных противников. То был шквал прерывистого огня – их coup de grâce.*

Скотт рассказывал про долгий путь к Рефлекторному центру – путешествие, которое стало для него чем-то вроде личной Одиссеи отчаяния и крушения иллюзий. Обо всех проходимцах, предателях и трусах, заселивших раздираемые войной земли. О встрече с Джонатаном Вольфом (образец цинизма для Скотта, подумала Джин), о престарелых обалдевших при виде Лансера механиках, которые вернулись с майором Карпентером. О Сью Грэхам из 36-й Дивизии Юпитер – Джин прекрасно помнила эту фотожурналистку и те страдания, реальные или воображаемые, которые из за нее пережила Лиса Хейс Хантер.

Она навострила уши, когда Скотт упомянул Рефлекторный центр и заговорил о тех вещах, которые вызвали неподдельный интерес земных нейрометристов. Она не видела причины сомневаться в том, что Скотт действительно беседовал с королевой Инвидов, но Джина также чувствовала, что он что-то недоговаривает. Джи-2 пыталась выйти на след повстанцев, которые, как Скотт утверждал, были с ним внутри комплекса, но бесконтрольные людские перемещения в условиях общей неразберихи сделали поиск невозможным.

В свою очередь, Винс рассказал Скотту о невероятных событиях, которые произошли на Оптере вскоре после того, как Дивизия Марс улетела к Земле. Скотт слушал внимательно, но было видно, что многое из этого он уже узнал от пилотов REF. Тем не менее, у него остались вопросы о почти чудесном появлении Даны Стерлинг и о так называемых двигателях Никольса, установленных на истребителях Тени и модернизированном Арк-Ангеле. Джин ждала паузы в разговоре, который стал уже совсем специфичным, чтобы попытаться вернуться к более интересным для нее вещам.

Она поднялась со стула, не отрывая взгляда от иллюминатора, загипнотизированная веселым танцем мусора по околоземной орбите. В последнее время все иллюминаторы корабля, казалось, стали окнами в ее личный ад. Едва взглянув на Землю и звезды, она вспоминала о Фениксе, что привиделся ей в момент страшной гибели "Токугавы" над Оптерой... и реальное появление этой огненной птицы, которая пронеслась огнем сквозь экспедиционный флот.

И так же она не могла не думать о Гарднере, и Аккермане, и Гюнтере Райнхарде – все они мертвы. И Рольф Эмерсон – дорогой Рольф, который умер у Боуи на руках. Известие о его смерти, которое на Тироле казалось чем-то нереальным, теперь догнало ее...
- Когда мы узнали о Марлен... нам очень жаль, Скотт, – выговорила она наконец.
Скотт рефлекторно прижал руку к груди, чтобы нащупать холо-медальон в форме сердца, который он носил под летным костюмом.
- Ее родители на борту, – добавила Джин.
Скотт мрачно кивнул.
- А я узнал о Боуи, и мне тоже... жаль, – сказал он, глядя ей в глаза.
Джин увидела в его глазах озабоченность и ненависть – ненависть к Мюсике, клону с Тирезии, в которую влюблен Боуи. Джин не видела смысла концентрироваться сейчас на том, что Скотт проявляет признаки откровенной ксенофобии. Интересно, Дана тоже станет жертвой его недоверия? Дана, которая осталась с родителями на Хайдоне IV.
- Мы найдем их, – вдруг сказал Скотт. Его собеседники обменялись многозначительными взглядами. Скотт, видя это, спросил:
- Ну-ка, что вы от меня скрываете? Вы говорили, что вы получили какие-то данные с Тайрола.
- От Кабэлла, – ответил Винс, отставив в сторону свой бокал. – Но только то, что мы уже говорили тебе, Скотт. СДФ-3 совершила гиперпространственный прыжок вскоре после отхода дивизий "Нептун" и "Сатурн" адмирала Райнхарда. В последнем послании Райнхарду от адмирала Хантера...
Джин подумала, что надо бы вмешаться.
-...Содержались указания о применении Циклонов и Истребителей Тени, – Винс выдержал паузу. – И об использовании нейтронных ракет в случае неудачи.
У Скотта расширились глаза. Оказалось, все слухи правдивы: Райнхард действительно был готов сделать планету непригодной для жизни, лишь бы не отдать Инвидам.
- Безумие, – сказал он сквозь стиснутые зубы.
Винс взглянул на свою жену и тяжело вздохнул.
- Это было непростое решение для всех нас, полковник, – сказала сенатор Хаксли. – К тому же мы опирались на высокую вероятность того, что большая часть Южного полушария уцелеет после массированного удара .
Скотт поглядел на нее и закрыл лицо руками.
- Так где, черт возьми, корабль, если они завершили свой прыжок? Где они уже три месяца болтаются?!
- Спокойно, Скотт, – сказал Винс, выпрямляясь в кресле. – Мы делаем все, что можем.
Скотт бросил взгляд в его сторону.
- Сидя здесь? Это неубедительно! Никто не думает вернуться к Тайролу? Там должен быть какой-то их след.
Доктор Пенн закашлялся.
- По правде говоря, сынок, мы не уверены, что мы можем вернуться. Однако же, мы планируем выполнить пробный прыжок, чтобы отбросить эти сомнения.
Скотт понимающе кивнул.
- Протокультура. Одна болезнь для всех механизмов. Вот почему я должен был ехать в чертовом реактивном шаттле. Ничего не работает, так?
- И да, и нет, – быстро сказал Пенн. – Некоторые варитеки, наоборот, полностью на ходу и способны к мехаморфозу. У других сохранились ограниченные возможности для полета и боевого маневрирования. Это-то меня и беспокоит.
Скотт взглянул на Винса перед тем, как ответить; если генерал предпочитает оставить реплику Пенна без внимания, пусть так и будет.
- Я слышал кое-какие разговоры: будто есть нечто особенное в Цветах, которые вы добыли на Оптере?
- На Нью-Праксисе, – поправила Жюстин Хаксли.
- Ну, пусть Нью-Праксис. Но почему старые модификации вдруг перестали работать?
Стоя у иллюминатора, Джин сложила руки на груди.
- Мы надеялись, что ты сможешь нам это объяснить, Скотт.
- Я?! – Скотт в изумлении коснулся пальцами груди. – Что я могу... – И тут до него дошло. – Реджис, – фыркнул он.
- Мы читали ваши отчеты, полковник, – сказала Хаксли. – Вы утверждаете, что были внутри центрального улья до конца и что действительно говорили с Реджис?
Скотт сглотнул и вновь обрел голос.
– Да, это правда, но послушайте, она не спешила раскрыть нам все свои тайны.
- Тогда что же она сказала? – спросила Джина.
Скотт пригладил непослушную прядь волос.
- Что она сказала? – он нервно рассмеялся. – Я все еще не уверен, что я слышал, а что вообразил. Но мне кажется, мы как бы спорили...
- Спорили? – отозвался Хаксли с сомнением в голосе.
- Да. Об... этических вопросах. О том, имеют ли инвиды право на Землю после того, что Мастера Роботека сделали с Оптерой, – Скотт беспомощно посмотрел на окружающих. – Это звучит невероятно, я знаю, но она просто несла бред о том, какие мы воинственные существа и о том, что Вселенная была бы лучше без нас.
На мгновение повисла тишина.
- Во всяком случае, я все еще не понимаю, какое все это имеет отношение к СДФ-3. Инвиды – прошлое, разве не так?
Джин вновь посмотрела в иллюминатор, еще раз вспомнив о Фениксе – этом невероятном Пресуществлении целой расы.
- Может быть, корабль сейчас там же, где она, – предположила она мягко. Винс бросил на нее вопросительный взгляд, когда она неожиданно повернулась. – Реджис, я имею в виду.
Пенн издал понимающий звук.
- Жаль, что нет под рукой инвида, чтобы вызнать, куда она могла пойти.
Скотт прикрыл рукой рот, как будто пытался удержать слова. Где-то внизу, в одном из шумных городов Юга или среди развалин на Севере, еще обитали двое из трех детей Реджис в человеческом обличии. Сэра и Марлен-клон, так похожая на Марлен, которую он потерял более года назад.
"Могу ли я снова посмотреть им в глаза?" – спросил он сам себя. "Могу ли просить у противника помощи в поиске моих друзей?"
- Что происходит, Скотт? – спросила Джин, глядя на него.
Скотт стиснул зубы, но потом все же сдался.
- Не все инвиды ушли, – выдавил он из себя наконец.

*фр. coup de grâce; букв. "удар из сострадания" последний, смертельный удар (которым добивают умирающего из жалости).

@темы: В конце круга

Комментарии
2014-02-27 в 06:35 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Спасибо за перевод

2014-02-27 в 07:05 

iezekiil
Важнейшим из искусств для нас является окклюменция
Мэлис Крэш, спасибо читателю! :sunny:

2014-02-27 в 07:37 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
iezekiil, мне реально интересно, что дальше)

     

untold stories

главная